Психологические системы как «супертеории»

В развитии психологии имеется одна особенность, побудивший историков ввести в описание этой науки наряду с характеристикой ее фактов и теорий понятие о системах. Психологические системы трактуются как «супертеории». Их возникновение ряд авторов сиязывает с теоретической незрелостью психологии. «Наука воздерживается от спекуляций, которые не были бы пронизаны и упрочнены фактами. Но в науке психологии в целом недоста­точно фактов, чтобы образовать «единую прочную систему»»,— писала в 1933 г. американский психолог Эдна Хайдбредер. Про­цитировав через 40 лет это суждение, американские психологи Мельвин Маркс и Вильям Хиликс отмечают, что оно все еще остается в силе. По мнению этих авторов,' функция системы — «директивная»: система указывает психологу, с какими объек­тами и какими методами ему работать. Сама по себе характеристика систем как «супертеорий» является сугубо описательной и не раскрывает ни их происхож­дения, ни их роли в прогрессе научно-психологического позна­ния. Понятие о системе соотносится с понятием о школе как объ­единении ученых, следующих предписаниям этой системы в про­тивовес другим школам или научному сообществу в целом. Конфронтация альтернативных концепций необходима для нор­мального роста науки. Однако в ситуации противостояния систем каждая из них утверждала свой особый предмет иссле­дования и свой способ его разработки. Тем самым утрачива­лось единство изучаемой области. Нельзя было более говорить о психологии в единственном числе. «Психологии 1925 года», «Психологии 1930 года» — так назывались изданные Марчесоном книги. В ту пору было много психологии и число их продолжало расти. Столь необычная картина, казавшаяся свойственной одной только психологии, утратила видимость уникальности после того, как американский историк физики Томас Кун выдвинул учение о парадигме.
}