ПСИХОЛОГИЯ - УЧЕНИЕ ОБ ИНТЕНЦИОНАЛЬНЫХ АКТАХ СОЗНАНИЯ

Совершенно иначе, чем Вундт, ответил на запросы времени австрийский философ Франц Брентано (1838—1917). Католи­ческий священник, он отказался от сана после того, как Вати­кан принял доктрину о папской непогрешимости. Брентано пере­шел в Венский университет, где с 1874 г. в течение 20 лет пре­подавал философию. Его кумиром был Аристотель, учению ко­торого о душе посвящено первое исследование Брентано. При этом благодаря своему образованию он был превосходно ориен­тирован во всех толкованиях аристотелевских текстов в средне­вековой схоластике. Исходя из аристотелевских идей, Брентано разрабатывает план новой психологии в оставшейся незаконченной книге «Пси­хология с эмпирической точки зрения» (1874). В учении Ари­стотеля содержались идеи, которые с успехом противостояли тем представлениям о природе сознания, на уяснение которых Вундт ориентировал экспериментальную работу. У Аристотеля, как мы помним, еще не было понятия о сознании. В его толко­вании душа — способ организации живого тела, возможности которого актуализируются только под воздействием внешних объектов. В схоластическом истолковании эта модель превратилась в призрачную схему, где реальный организм оказался подменен­ным познающим субъектом, а реальный предмет — идеальным объектом. Тем не менее за сознанием оставались в качестве не­пременных признаков активность (без которой потенциальное не может стать актуальным) и объектность (без внеположного субъекту объекта эта активность нереализуема). Такое понима­ние природы сознания, по Брентано, дает возможность определить предмет психологии, найти «демаркационный критерий», позволяющий отграничить ее от наук о физическом мире. Отвечая на вопрос, чем именно психические явления отлича­ются от всех остальных, Брентано писал: «Каждый психический феномен характеризуется тем, что средневековые схоласты на­зывали интенциональным сосуществованием объекта... ориента­цией по отношению к объекту (который не должен пониматься как реальный), или имманентной объектностью... Мы можем определить психические явления, сказав, что это такие явления, которые интенционально содержат в самих себе объект». Стало быть, согласно Брентано, психический процесс харак­теризуется тем, что в нем всегда сосуществует его объект. Это «сосуществование» выражено в трех моментах: а) идеация, т. е. представливание объекта в форме образа; б) суждение о нем как истинном или ложном; в)' эмоциональная оценка его как желаемого или отвергаемого. Область психологии — это не сами по себе ощущения или представления, а те акты, «дей­ствия», которые производит субъект (акты представливания, суждения и эмоциональной оценки), когда он превращает нечто в объект осознания. Вне акта объект не существует. Акт в свою очередь с необходимостью предполагает «направленность на» так называемую интенцию. Когда человек слышит, например, какое-либо слово, то «сквозь» ощущаемые звуки его сознание устремляется к пред­мету, о котором идет речь. Понимание значения есть психиче­ский феномен, который разрушается, если брать порознь акусти­ческий раздражитель и обозначенную им вещь. Раздражитель и вещь уже не психические, а физические явления и, стало быть, к области психологии не относятся. Брентано стоял у истоков направления, получившего назва­ние функционализма. Оно противостояло вундтовской концеп­ции, в дальнейшем названной структурализмом. Поскольку тер­минам «функция» и «структура» придается самый различный-смысл, необходимо разъяснить, какое именно содержание свя­зывалось с ними в рассматриваемый период развития психоло­гических идей. Вундта относят к структуралистам на том основании, что главной для его программы была задача выяснить, из каких компонентов построено сознание и каков характер их структу­рирования. Для Брентано исходным являлось понятие не об элементе сознания, а о его акте, понимаемом как функция субъекта, выраженная в его направленности на объект. Поэтому психолог, согласно Брентано, должен исследовать не элементы (ощущения различного качества, интенсивности и т. д.), а акты, благодаря которым эти элементы становятся объектом осо­знания. Мы видим, таким образом, что центральная для психологии проблема субъектно-объектных отношений получила у Брентано существенно иную интерпретацию, чем у Вундта. Оба исхо­дили из того, что предметом психологии является сознание. Оба интерпретировали его с позиций интроспекционизма. Но Вундт рассчитывал выяснить с помощью изощренной интроспекции и вспомогательных физиологических приборов состав сознания: какова его (сенсорная в своей основе) «фактура». Брентано полагал, что задача психолога состоит в том, чтобы тщательно описывать не само по себе содержание, а связанные с ним акты, действия, внутренние операции. Вундт делал упор на то, что психология — наука опытная и экспериментальная, Брентано — что она — опытная, но наблю­дательная. С точки зрения Брентано, принятая в лабораториях физиологической психологии процедура анализа сознания укла­дывает в прокрустово ложе реальные процессы сознания, кото­рые следует тщательно наблюдать в их естественном течении и составе. Поэтому и субъективный (интроспективный) метод приобрел у тех, кто отправлялся от Вундта, одну направленность, от Брен­тано— другую. В обоих случаях утверждался феноменологиче­ский подход (объект анализа — феномены сознания). Различие же состояло в том, что последователи Вундта устремлялись к гипотетическим структурным элементам, недоступным неиску­шенному наблюдателю, тогда как воспитанники Брентано куль­тивировали исследование сознания в его целостности и допод­линности, свободной от предвзятых теоретических схем. Идеи Брентано оказали глубокое влияние на психологиче­скую мысль капиталистического Запада в различных направле­ниях. В частности, рождение гештальтпеихологии непосредст­венно связано с феноменологией Гуссерля — ученика Брентано. Принцип активности субъекта был воспринят от Брентано евро­пейскими функционалистами (У Брентано учились и под воздействием его идей находились многие западноевропейские психологи: К. Штумпф, Т. Липпс — в Германии; А. Мей-нонг, X. Эренфест — в Австрии; Д. Уорд, Г. Стаут — в Англии и др.). Среди обучавшихся у Брентано философии был Фрейд, в учении которого понятие об интенции преобразовалось в идею о направленности психической энер­гии на внешние объекты (включая собственное тело субъекта). Но это произошло впоследствии. Сознание человека направлено на реальный независимо от него существующий предмет. У Брентано же объект не реален, а феноменален, поскольку его бытие мыслится зависящим от актуализации его сознанием субъекта. Сам субъект в свою оче­редь сведен к системе актов, имеющей основание в самой себе, а ни в чем внешнем. Тем самым реальная активность поведе­ния была превращена в чисто духовную, не имеющую никаких корней в практических связях человека с миром.
}