ВОЗЗРЕНИЯ НА ПРИРОДУ ПСИХИЧЕСКОГО: ПЛАТОН

Новое толкование души, а также трудности предшествующего античного детерминизма использовал Платон (428—348 до н.э.), в философской системе которого отразились идеологические и политические устремления реакционной части рабовладельче­ского общества. Платон выступил в бурный период истории Аттики. Начиналась Пелопоннесская война, резко обострившая внутренние противоречия рабовладельческой Греции и борьбу политических партий. Враждебность материализму, пронизываю­щая философию Платона, имела политические основания. От ма­териализма, утверждал Платон, молодежь впадает в безбожие и подрываются устои общественного порядка. О системе Платона мы имеем несравненно более достоверную информацию, чем об учениях других античных мыслителей. По существу до нас дошло полное собрание его сочинений, тогда как от работ его предшественников, в том числе таких великих, как Демокрит, сохранились фрагменты, к тому же зача­стую полученные из вторых рук. У Платона не имелось сочине­ний, специально посвященных психологическим вопросам. Эти вопросы обсуждаются во многих диалогах: «Федоне», «Тимее», «Федре», «Законах», «Меноне», «Горгии» и др. Материализм в Древней Греции, как и во всей истории челове­ческой мысли, был внутренне связан с изучением природы, с ма­териальным производством. Приобретая власть над явлениями природы, человек убеждался в их подчиненности естественным причинам, постигаемым чувственным опытом, и размышлением. Материалистическое мировоззрение обусловило переход от мифа к Логосу. Философский идеализм, родоначальником которого в запад­ном мире был Платон, развивался на другой почве. Для него исходной была область морально-этических явлений, которых еще не коснулось научно-детерминистское объяснение. Это и благоприятствовало типичному для Платона смешению мифа и Логоса. Он считал, что чувственное и умопостигаемое принадле­жат к двум не сопоставимым ни в каком отношении мирам. Стремление расчленить чувственно воспринимаемые и мыслимые предметы, которое наметилось в учениях философов VI—У вв.— Гераклита, Парменида, Пифагора, Демокрита, Сократа, не было заблуждением. Логическое мышление имеет особый состав и структуру, которые позволяют постигнуть устойчивое, существен­ное, закономерное за картиной того, что дано в ощущениях и чувственных образах. Приобретение логически достоверного зна­ния имеет особую ценность, засвидетельствованную всей практи­кой использования математических и других общезначимых формул и схем, позволяющих овладеть бесконечным многообра­зием изменчивых частных ситуаций. У входа в платоновскую академию было написано: «Незнающий геометрии — да не войдет сюда!» Геометрические фигуры и их преобразования являлись особым объектом — и зримым, и незримым. Они, с одной стороны, чувственно воспринимались, с другой — требовали интеллектуальных усилий, сложной си­стемы умственных операций. В итоге этих усилий и операций человек овладевает знанием любых вещей, в которых представ­лены эти фигуры. Уже в сознании пифагорейцев математические понятия выросли в нечто сверхъестественное. Число отъединялось от вещей, вне которых оно в действительности не существует, и востор­женно почиталось как их сущность и причина. Платон через несколько лет после казни своего учителя Сократа совершил путешествие в Южную Италию и Сицилию, где общался с пифагорейцами. Пройдя школу Сократа, он усвоил метод диалектики — беседы, ведущей от смутных и непродуманных мнений к точному и твердому знанию о существенном. Теперь это направ­ление соединилось с пифагорейской трактовкой числа как самого существенного,- как первопричины и прообраза преходящих вещей. Основа миропорядка у пифагорейцев — числа. Платон представил ее как сферу вечных форм, скрытых за небосводом и виде царства идей. Это царство незыблемо и нетленно, тогда Как все чувственное — от неподвижных звезд до непосредственно ощущаемых предметов — лишь сокращенные и затемненные идеи, их несовершенные, слабые копии. Перед нами столь последовательный идеализм, какой только может быть. Идеи первичны, действительность, в которой живет человек, вторична, призрачна, эфемерна. Не идеи — продукты человеческого разума, а, напротив, разум стремится им подра­жать. Они существуют объективно, независимо от людей и вещей. В целом картина бытия выступает у Платона в следую­щем виде: идеи причастны к космическому уму (нусу), а миро­вая душа, которая является принципом самодвижения всего сущего, объединяет космический ум и пассивную бесформенную материю. Идеализм обнажил и обострил реальные трудности на пути проникновения научной мысли в область психического. Противопоставляя различные порядки явлений, выдвигая во­просы, которые до того не появлялись в поле философского ана­лиза, делая упор на уязвимых пунктах, он стимулировал поиски новых решений, завершенные учением Аристотеля (384— 322 до н.э.).
}