РЕФЛЕКТОРНОЕ УЧЕНИЕ

Анатомическое изучение нервной системы создало предпосыл­ки для дальнейшего развития и укрепления рефлекторной кон­цепции (В развитии рефлекторной концепции наблюдается цикличность — синте­тический подход сменяется анатомическим, который в свою очередь уступает место новому синтезу. После Декарта, объяснявшего поведение всего орга­низма как целостной системы, неврологические исследования сосредоточи­ваются на ее отдельных фрагментах (Виллис, Сваммердам); после Гартли, который также охватывал целостное поведение, главное внимание уделяется отдельным «силам» (Галлер, Витт); после Прохазки появляется учение об отдельных «рефлекторных дугах» (Белл, Мажанди, Легалуа, Холл и др.); после Сеченова нейрофизиология устремляется с «макроуровня» на «микроуро­вень» (Введенский), с тем чтобы вернуться к целостному поведению в учениях Павлова, Бехтерева и Ухтомского.). Одним из пионеров такого изучения был английский невролог Чарлз Белл (1774—1842). В 1811 г. он распростра­нил в кругу своих друзей трактат, содержавший проект разра­ботки «новой анатомии мозга». Критикуя традиционные воззрения и ссылаясь на свои опы­ты, Белл указывал, что единый нерв представляет в действи­тельности связку различных нервов, имеющих каждый собст­венное качество. Оно определяется участком мозга, к которому примыкает нервное волокно. Отсюда проект Белла: просле­дить все нервные волокна, берущие начало в мозгу, и тем са­мым познать структуру самого мозга как носителя ощущений. Он рассчитывал при помощи скальпеля расчленить душевную жизнь на ее первичные элементы. В качестве инструмента ана­лиза выступала не интроспекция, как у Юма, а хирургический нож. До головного мозга Беллу добраться не удалось, но на уровне спинного он сделал важное открытие, установив разли­чие в функциях задних и передних корешков спинномозговых нервов. Благодаря этому открытию Белл превратил понятие о рефлексе как закономерном двигательном ответе на раздра­жение сенсорных нервов в естественнонаучный факт. Догадку о различной функции корешков задолго до Белла высказывали многие. Белл экспериментально доказал это различие. Прой­дет некоторое время и в учебниках физиологии появится тер­мин, которым Белл еще не пользовался,— «рефлекторная дуга». Так как Белл описал свое открытие в трактате, предназна­ченном для узкого круга лиц, оно некоторое время оставалось малоизвестным и превратилось в общенаучное достояние лишь после того, как независимо от Белла к аналогичным выводам пришел французский физиолог Ф. Мажанди (1783—1855). Пе­реход нервного импульса по афферентным нервам через спин­ной мозг на эфферентные нервы получил название закона Бел­ла— Мажанди. Его сравнивают по значению для физиологии с открытием Гарвеем кровообращения. Постепенно складыва­лось представление о локализации рефлекторных путей. Оно легло в основу классического учения о рефлексе как принципе работы спинномозговых центров в отличие от высших отделов головного мозга. Наиболее последовательно учение о рефлексе было развито английским врачом Маршаллом Холлом и немецким физиоло­гом Иоганнесом Мюллером (1801 —1858) в 30—40-х годах XIX в. Холл отнес к рефлексам только такие акты, природа кото­рых апсихична. Чтобы отграничить рефлексы от движений, вы­званных ощущениями, он выдвигает положение о том, что зад­ние корешки спинного мозга состоят из двух совершенно раз­личных нервов — сенсорных и экситомоторных. Он настаивал на том, что «рефлекс вызывается возбуждением нечувствитель­ных волокон, а независимых от них экситомоторных нервов» (5, 4). Введением нового понятия Холл надеялся исключить любой намек на причастность к рефлекторной деятельности каких бы то ни было психических моментов. Мюллер считал, что Холл заходит слишком далеко, отрицая связь между рефлекторным движением (вызываемым раздра­жением окончаний афферентных нервов) и движением, которое сопровождается ощущениями (например, при чихании, кашле и т. д.). Но, несмотря на некоторые расхождения между Мюл­лером и Холлом, их взгляды, как справедливо отметил Боринг, по существу совпадали. Благодаря авторитету Мюллера и вли­янию его «Учебника физиологии человека» (1833) эти взгляды прочно утвердились в физиологии нервной системы. В медицинских кругах теорию рефлекса встретили с энту­зиазмом. Она открывала новые перспективы в изучении нер­вных болезней. Она освобождала мысль от понятия о душе и безостаточно выводила телесную реакцию из взаимодействия внешнего стимула и связи нервов. Однако полностью, объяснить все уровни поведения исходя из рефлекторного принципа (в трактовке Холла) было невозможно. Представление о реф­лексе как механическом движении, предопределенном анатоми­ческим строением организма и не зависящем от того, что про­исходит во внешней среде, заставляло искать силу, выбираю­щую нужные в данных обстоятельствах рефлекторные дуги и синтезирующую их в целостный акт поведения соответственно объекту или ситуации. Такую силу Холл и его сторонники ис­кали там, где некогда поместил ее Декарт,—в особой субстанции сознания. У Холла картезианский дуализм трансформиру­ется в дуализм спинного и головного мозга: первый трактуется им как чистый механизм, второй — как носитель сознания. Ду­ализм концепции Холла — Мюллера препятствовал ее продук­тивному использованию в психологии.
}