ИТОГИ РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИИ В XVIII ВЕКЕ (2)

Если во Франции материалистическое направление приоб­рело в силу указанных причин бескомпромиссно воинствующий характер, то в Англии, России, США, Германии материализм был менее последователен. Зачастую он принимал форму де­изма. Антиподом ассоциативной психологии выступила в XVIII в. психология способностей. Под знаменем эмпиризма — строго опытного исследования психики — выступали школы и направления, стоявшие на раз­ных идейно-научных полюсах. Объяснение этому следует ис­кать в неопределенности понятия «опыт». С точки зрения од­них, опыт есть «непосредственно данное» в смысле феноменов, постигаемых интроспекцией. Другие считали, что опыт психоло­гического познания ничем не отличается от опыта естественных наук. Эмпирическая психология в трактовке Беркли, Юма, пред­ставителей шотландской школы и школы X. Вольфа сущест­венно отличалась от эмпирической психологии Гартли и фран­цузских материалистов. Поэтому нам представляется истори­чески более правильным, проводя разграничения между психо­логическими течениями рассматриваемого периода, исходить не из традиционной дихотомии: ассоциативная психология — пси­хология способностей, а из другой дихотомии: эмпирическая психология, базировавшаяся на «внутреннем опыте» (интро­спекции), и эмпирическая психология, опирающаяся на «внеш­ний опыт» в смысле изучения душевной деятельности с помо­щью принятых естествознанием понятий и приемов. Если принять эту классификацию, то станет очевидно, что психология способностей, выступавшая в виде антипода ассо-цианизма, в действительности являлась таковым лишь по отно­шению к его материалистическому крылу. Что касается ее пре­тензий на строго эмпирический подход к душевным актам, то в этом она стояла на общей почве с идеалистическим ассоцианизмом Беркли — Юма, а именно на точке зрения, согласно ко­торой истинно психологический опыт добывается благодаря спо­собности субъекта постигать состав собственного сознания. В XVIII в. психофизическая проблема становится психофи­зиологической, т. е. ограничивается отношением психических процессов к нервным. Намечаются четыре подхода к ней: 1. Психофизический параллелизм Гартли и следовавших за ним ассоцианистов восходил к учению Спинозы, которое, однако, взамен монистской получило параллелистскую интерпрета­цию: соотношение мышления и его телесного субстрата рассмат­ривалось не с точки зрения порядка и связи вещей природы в целом, а только как корреляции между психическим и нер­вным в пределах обособленного организма. Отличительная осо­бенность параллелизма Гартли заключается в утверждении первичности нервных процессов (нервных вибраций, вызванных вибрациями внешнего эфира) и производности возникающих в соответствии с ними связей между идеями. В гарлианском варианте параллелизм был формой материализма и детерми­низма. 2. Психофизический параллелизм Вольфа, хотя и предпо­лагал неотделимость души от физиологического субстрата, на­делял душу спонтанной активностью, тем самым лишая зна­ние о телесном субстрате какой бы то ни было объяснительной ценности. В вольфианском варианте параллелизм был формой идеализма и индетерминизма.
}