ЗАРОЖДЕНИЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ В СТРАНАХ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА (продолжение. часть 3)

Возникшие позже философские школы (Санкхья, Веданта, йога, Миманса, Ньяя, Вайшешика) также подчиняли изучение души метафизико-этическим задачам. Веданта развивала субъективно-идеалистические тенденции Упанишад. Настоящее Я — это не бренное тело, не субъект как носитель впечатлений в состоянии бодрствования или во сне, а особое интуитивное сознание. В нем субъект и объект, внеш­нее и внутреннее не различаются. Это Атман, который тождест­вен Брахману — бесконечному космическому сознанию, основе мира. Индивидуальная душа отличается от Атмана. Ее боже­ственная природа скрыта за потоком чувственных восприятий и телесных стремлений. Путем познания и строгой моральной дисциплины она избавляется от них, становясь идентичной Брахману. Другая школа — йога — учила, что для достижения истин­ного познания необходимо подавить все виды затемняющей его психической деятельности. Йога выработала систему приемов (так называемый восьмиричный путь), включающих сперва ре­гуляцию телесных функций (поза, дыхание и др.), а затем и внутренних психических актов — внимания и мышления. Стрем­ление разрешить этико-психологические вопросы определило живой интерес к психологии индивида. Разрабатывались спе­циальные приемы расчленения психических состояний и даже управления ими. Этической направленностью отличаются также и школы, сложившиеся около середины первого тысячелетия до н. э. в Китае. В качестве глав этих школ почитались Лао-цзы, Конфуций и Мо-цзы. Полулегендарному Лао-цзы (конец IV — начало V в. до н. э.) приписывается создание книги «Дао дэ цзин»—выдаю­щегося памятника мировой философии. В ней натурфилософский взгляд на бытие, восходящий к древнему понятию о дао *, со­единяется с постулатами, предписывающими человеку опреде­ленный способ поведения по отношению к дао, а именно не­деяние (у-вей).

Дао (путь, дорога) относится к важнейшим категориям древнекитай­ского мышления. В представлении о нем запечатлелась идея всеобщей зако­номерности, правящей землей и небом, всем происходящим в мире.

Если даосизм требовал постичь путь мирового процесса с целью следовать ему, то другое течение китайской философ­ско-религиозной мысли — конфуцианство — имело иную направ­ленность: размышления о традициях, обычаях, нравах. Дао для него — это сила, которая действует в нравственном общении людей, в поведении правителей и истории государства. Конфу­цианством была поставлена проблема соотношения врожден­ного и приобретенного в человеческой психологии. Основа­тель школы Конфуций (551—479 до н. э.) учил, что знания и психические качества являются врожденными. Человек по при­роде добр, портят его внешние обстоятельства. Стало быть, нужно преодолеть их вредоносное влияние, воспитывая способ­ность к самоуглублению и внутреннему совершенствованию. Эту точку зрения отстаивал крупнейший последователь Конфуция — Мэн-цзы (ок. 372—289 до н. э.). Но в конфуцианстве возникло и другое течение, представленное Сюнь-цзы (ок. 298—238 до н. э.). Отрицая врожденность таких положительных моральных ка­честв, как сострадание, скромность и другие, он считал, что человек по природе зол, доброта же — продукт воспитания. Если было бы иначе, то людей не нужно было бы воспитывать. Для чего стремиться к тому, чем владеешь? Характер человека подобен сосуду, в который горшечник превращает глину. Этико-религиозный идеал школы Мо-цзы (ок. 480—400 до н. э.) отличался от мистических тенденций даосизма, конфуци­анского самоуглубления, которому противопоставлялось актив­ное воздействие на жизнь.
}