ЗАРОЖДЕНИЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ МЫСЛИ В СТРАНАХ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА (продолжение. часть 7)

Между различными культурами издавна происходил обмен материальными и духовными ценностями, но в настоящее время в отношении многих идей утрачена возможность выяснить, возникли ли они на почве данной культуры или оплодотворили ее, будучи усвоены от других. Так, например, представление о кровообращении как главном факторе телесной и психической жизни разрабатывалось в Вавилоне, Египте, Китае, Индии, Гре­ции. Но кому принадлежит приоритет и каковы были пути пе­редачи этого учения (в том случае, если оно не возникло у одного народа независимо от другого), остается невыяс­ненным. То же можно сказать и про учение об основных элементах мира, определяющих материальный состав организма и харак­тер его функций. Общие закономерности развития психологических идей на Востоке и на Западе одни и те же. Повсюду зарождение и эво­люция научных представлений находились в зависимости от опытного изучения организма как части природы. Повсюду эти представления пробивались сквозь мистико-религиозную догма­тику, подавляющую свободное исследование. Вместе с тем из-за слабого развития производительных сил и соответственно естествознания на Востоке не сложилась меха­нико-математическая модель мира как основа и прообраз мо­дели живого организма и его различных функций, в том числе психических. Первоначальная форма причинного объяснения природы в целом (а не только ее отдельных частных связей) зародилась и на Востоке, и на Западе в виде учения о том, что все объекты, включая человека, возникают путем смешения и перемещения основных частиц, причем на Востоке, возможно, это учение появилось раньше. Во всяком случае оба философа, представлявшие его в Греции,— Эмпедокл и Демокрит — были непосредственно связаны с восточной наукой. Безотносительно к возможным влияниям общее направление поисков было однотипным у индийских, китайских, греческих мыслителей. Смешением и перемещением частиц объяснялись различия в ощущениях, темпераменте и других особенностях ду­шевной жизни. Однако первоначальная «элементаристская» форма причинного объяснения была лишь подготовительным этапом к более совершенной детерминистской схеме, согласно которой организм представляет машину, приводимую в движе­ние внешними силами и вместе с тем не распадающуюся под их действием. Эта схема утверждается с развитием капитали­стических отношений, потребовавших внедрения в производство принципов механики. Новое понятие об организме позволило истолковать его функции, в том числе психические, как производное от воздей­ствия внешних стимулов на внутреннюю организацию («машину тела»). В рабовладельческих и феодальных обществах такое понимание не было достигнуто ни на Востоке, ни на Западе. Между тем только после победы механистических воззрений на психику научная мысль смогла подняться к более высоким уров­ням причинного анализа. Таким образом, благодаря преобра­зованиям в общем складе научного мышления, в свою очередь обусловленным переворотом в производстве и социальных отно­шениях, развитие психологии в европейских странах пошло в новое время иным путем, чем на Востоке, застывшем на ста­дии феодальных отношений.
}