"Общее чувствилище"

Открытие Алкмеоном мозга как органа психики в течение нескольких столетий рассматривалось только как гипотеза. Аристотель, который сам прошел медицинскую школу в Север­ной Греции, возвращается к «сердцецентрической» схеме. Мозг, по его мнению, не орган психики, а аппарат, охлаждающий, регулирующий жар крови. Будучи фантастическими с точки зрения физиологической реальности, эти представления вместе с тем вносили совершенно новый момент в трактовку централь­ного органа психической деятельности. Аристотелю принадлежит понятие об «общем чувствилище», воспринятое последующей физиологией и медициной и всерьез обсуждавшееся вплоть до XIX в. Согласно Аристотелю, для актуализации чувственных образов вещей (а с этого начина­ется, как он полагал, сенсомоторная деятельность организма) необходимо, чтобы тело обладало двумя специальными устрой­ствами: органами чувств и центральным органом. Благодаря деятельности центра познаются качества, которые «косвенно воспринимаются нами при каждом ощущении, таковы — дви­жение, покой, фигура, величина, число, единство...». Важнейшей его операцией является далее различение ощуще­ний: «Невозможно различить посредством отдельных чувств, что сладкое есть нечто отличное от белого, но и то и другое должно быть ясным чему-нибудь единому». Какова же природа этого центра, где лежат жизненные корни «общего чувствилища»? Они уходят, по Аристотелю, в область прямых связей организма со свойствами среды (су­хим и влажным), ибо центральный орган является одновре­менно и органом осязания. «Тело представляет собою среду, приросшую к осязающему [органу], через нее возникают ощу­щения во всем их разнообразии». Аристотелевская гипотеза об «общем чувствилище» направляла в дальнейшем работу физиологов вплоть до Галлера и Прохазки, искавших в центральной нервной системе отделы, в которых оно могло бы быть локализовано. С Аристотелем связана также первая попытка определить физиологический механизм ассоциаций. Он полагал, что душа обладает способностью посредством центрального ощущающего органа — «общего чувствилища» восстанавливать в органах чувств в уменьшенном объеме следы прежних движений, стало быть, и прежних впечатлений в том порядке, в каком они производились внешними объектами. Запечатление образа предмета он объяснял тем, что дви­жение, возникшее в органе, не исчезает сразу же, но сохраня­йся (застаивается). Иногда ему противодействует другое дви­жение, способное устранить сохранившийся след. Движения могут быть сходными, противоположными и следующими одно за другим, что и служит основанием для разграничения основ­ных видов ассоциаций: по сходству,- контрасту и временной последовательности. Идеи Аристотеля о видах ассоциаций и о том, что им соответствуют процессы в организме, говорили о его большой прозорливости. Однако в силу своей умозритель­ности они не смогли продвинуть позитивное знание о физиоло­гическом субстрате психического.
}

Проблема индивидуальности

Поворот греческой мысли ко всему, что касается человека, отразил глубокие изменения в общественной жизни греков периода расцвета рабовладельческой демократии, когда повы­силась ценность человеческой личности, ее жизни и свободы (конечно, речь идет о свободных гражданах полисов). На проблеме индивидуальности сосредоточивается и врачебное мышление, выработавшее новые нормы и принципы подхода к больному.

УЧЕНИЕ О ТЕМПЕРАМЕНТАХ

В медицинских кругах зародилось учение о темпераментах. Люди разделялись исходя из идеи о преобла­дании одной из жидкостей в общей их смеси на несколько ти­пов. Китайские медики выделяли три главных типа, греческие — четыре.

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ПНЕВМЕ

Рост естественнонаучных представлений о пси­хике на протяжении всей истории человеческой мысли тесно связан с успехами в познании ее органического субстрата.

ВОЗЗРЕНИЯ НА ПРИРОДУ ПСИХИЧЕСКОГО: ЧАСТЬ 13

К важнейшим достижениям античного периода относятся переход от глобального представления о душе к более диффе­ренцированному, появление категорий, разделяющих поведение органических и неорганических тел, открытие специфики пси­хической формы жизни по сравнению с общебиологической, зарождение понятия о сознании как особой форме существования душевных явлений. Разделение живого и неорганиче­ского, живого и психического, психического и сознательного новее не является самоочевидным, непосредственно данным. Если и в XX столетии продолжаются дискуссии о критериях жизни, психики и сознания, то что говорить об античных мы­слителях, во времена которых опытное знание по существу только зарождалось. Различия, обнаруженные ими, стали пред­посылкой для последующего изучения психической деятельно­сти, ее форм и уровней.

ВОЗЗРЕНИЯ НА ПРИРОДУ ПСИХИЧЕСКОГО: ЧАСТЬ 12

Следующим шагом стала дифференциация внутри самого психического, зарождение понятия о сознании. К этому вели достижения в изучении органов чувств и регуляции движений. Эти достижения подготавливали разграничение уровней психи­ческой деятельности. Важную роль играли также дальнейшая индивидуализация личности, осознание ею собственной актив­ности. Вплотную к понятию о сознании подошел знаменитый рим­ский врач Гален (129—199). Его главным объяснительным по­нятием при анализе нервно-психической деятельности являлась уже знакомая нам «пневма».

ВОЗЗРЕНИЯ НА ПРИРОДУ ПСИХИЧЕСКОГО: ЧАСТЬ 11

Века напряженной интеллектуальной работы (стимулируемой успехами конкретно-научного изучения при­роды и запросами социальной практики) преобразовали поня­тие о душе. Из мифологического двойника тела она сперва пре­вращается в имманентное свойство природы (гилозоизм), за­тем трактуется как организующий принцип живого, и только жи­вого (Аристотель), и, наконец, приобретает значение термина, охватывающего не все, но лишь определенные формы жизни (начиная от уровня, названного Аристотелем «животной душой»). Следует при этом иметь в виду и два существенных мо­мента, отличавших это уже изменившееся понятие от современ­ных представлений о психической деятельности. Во-первых, душа идентифицировалась с веществом («пятой субстанцией», пневмой, атомами). Во-вторых, еще не запечатлелось ни в раз­мышлениях о ней, ни в соответствующих терминах различие между душой сознательной и бессознательной. Потребовалось несколько столетий, чтобы такое различие было проведено. По­этому, пользуясь термином «душа», как и другими терминами, отобразившими искания древних, не следует соединять с ними содержание, близкое к современному.
}