АССОЦИАТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Ньютон завершил построение механической модели мира, кото­рая до конца XIX в. считалась вечной. В умах просветителей имя Ньютона неизменно связывалось с именем Локка. Оба они стояли у истоков ассоциативной психологии, определив ее меха­ницизм и сенсуализм. Правила ассоциаций и возможные сферы их действия были изучены еще индийскими и греческими мыслителями. В XVII в. ассоциация приобретает истинно детерминистское значение бла­годаря тому, что за ее основу было принято машинообразное сочетание телесных процессов. Однако такого рода связь счи­талась в то время в принципе отличной от порядка, устанав­ливаемого разумом.

ГОСПОДСТВО ЭМПИРИЗМА И АССОЦИАНИЗМА В ПСИХОЛОГИИ XVIII в.

XVIII век ознаменовался дальнейшим укреплением и развитием капиталистических отношений в передовых странах. Произо­шла индустриальная революция, превратившая Англию в могущественную державу. Глубокие экономические изменения при­вели в конце века к политической революции во Франции. Расшатывались феодальные устои в Германии. Социально-экономические сдвиги порождали идеологические формы, проти­востоявшие теологическому мировоззрению. В борьбе с ним расширялось движение, получившее название «Просвещение». Оно было направлено против всего, что препятствовало росту науки и научного мировоззрения. Укреплялась концепция «есте­ственного человека», сложившаяся в XVII в. и воплотившая принцип формального буржуазного равенства. Сенсуализм и эмпиризм становятся в противовес рационализму и априоризму главными методологическими заповедями. В этой атмосфере и складывалась психологическая мысль. Образцы для своих детер­министских схем она черпала в методологии ньютоновской меха­ники.
}

ПСИХОФИЗИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА (6)

Что касается категории мотива, то под названием «аффекта», или «страсти», она становится одной из центральных в интер­претациях природы человека, выражая новое воззрение на него — противоположное феодальному. Страсти и влечения не греховны, не низменны, не враждебны истинно человеческим побуждениям, напротив, они «приучают душу желать признан­ного природой полезным и никогда не менять своего желания».

ПСИХОФИЗИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА (5)

Стремясь объяснить действиями тела возможно более широ­кий круг психических проявлений, Декарт, Гоббс, Спиноза пре­образовали ассоциативную схему (хотя самого термина «ассо­циация», как и термина «рефлекс», у них еще нет). Связь представлений, объяснявшаяся прежде актуализацией способ­ностей души, выступает теперь в виде действии тела самого по себе.

ПСИХОФИЗИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА (4)

Различие между этими проблемами — психофизической и психофизиологической — очень важно. Мыслителям XVII в. как материалистического, так и идеалистического направления свой­ственно стремление объяснять место психического (сознания, мышления) в целостной картине мира. Для мыслителей XVIII в. характерно иное: они ищут пути понимания связей между пси­хическими и нервными процессами в пределах обособленного организма. Но такое превращение психофизической проблемы в психофизиологическую неизбежно повлекло за собой сущест­венные сдвиги в трактовке соотношений материального и духов­ного. На место зависимостей психики от всеобщих сил и зако­нов природы была поставлена ее зависимость от процессов, ко­торые происходят в нервном субстрате. И тогда утвердился не психофизический, как его обычно называют, а психофизиологи­ческий параллелизм в двух вариантах — материалистическом (Гартли) и идеалистическом (Христиан Вольф).

ПСИХОФИЗИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА (3)

Спиноза выдвинул глубочайшую идею о том, что имеется только одна «причинная цепь», одна закономерность и необхо­димость, один и тот же «порядок» и для вещей (включая такую вещь, как тело), и для идей. Затруднения возникают тогда, когда спинозовская трактовка психофизической проблемы (соотноше­ние психического с природой, физическим миром в целом) пере­водится на язык психофизиологической проблемы (соотношение психических процессов с физиологическими, нервными). Тогда-то и начинаются поиски корреляций между индивидуальной ду­шой и индивидуальным телом вне всеобщей универсальной зако­номерности, которой неотвратимо подчинены и одно и другое, включенные в общую причинную цепь.

ПСИХОФИЗИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА (2)

Убеждение в том, что тело движется или покоится под воз­действием души, сложилось, согласно Спинозе, из-за незнания, к чему оно способно как таковое, «в силу одних только законов природы, рассматриваемой исключительно в качестве телесной». Тем самым вскрывался один из гносеологических исто­ков веры в способность души произвольно управлять поведением тела, а именно незнание истинных возможностей телесного устройства самого по себе. «Когда люди говорят,— продолжает Спиноза,— что то или другое действие тела берет свое начало от души, имеющей власть над телом, они не знают, что гово­рят, и лишь в красивых словах сознаются, что истинная при­чина этого действия им неизвестна, и они нисколько этому не удивляются».